Menu
13.07.2014| thylccawool| 4 комментариев

Автобиографическая проза и письма Пушкина Я. Л. Левкович

У нас вы можете скачать книгу Автобиографическая проза и письма Пушкина Я. Л. Левкович в fb2, txt, PDF, EPUB, doc, rtf, jar, djvu, lrf!

Вместо даты в письме приписка: Идет ли вперед История? Не на избрании ли Романовых? А я, грамотный потомок их, что я? Можно ли понимать это признание Пушкина так, что он вчерне закончил свои Записки? Скорее так можно назвать черновую тетрадь, которая содержит материалы для Записок. Записки Пушкина были, очевидно, доведены до кишиневской ссылки.

Пришли их, и также ко всему, к чему тебе захочется; а то теперь замечания только у Андрея Шенье и Подражаний Корану: Фейнберг, пытаясь объяснить это, пишет: Выступая перед публикой и критикой с первым сборником своих стихотворений, он мог счесть нескромным делать достоянием гласности хвалебный отзыв Державина о его юношеском стихотворении, да и само стихотворение уже не удовлетворяло поэта.

Теперь это было уже не то стихотворение, которое слышал Державин. Его горячность в этом письме подкрепляет предположение, что Записки еще не закончены. Работу над ними он скорее всего прекратил после того, как узнал о восстании 14 декабря.

Восстание давало новую окраску многим событиям в его жизни, встречам, беседам, высветляло политическую обстановку преддекабрьских лет. После 14 декабря стало ясно, что написанное требовало переделок. Записки устарели, еще не увидев своего читателя. Похоже, что в этом письме Пушкин уже передает свой навык работы с прозой. Меньше чем через месяц после письма Пушкина А. Бестужев привел на Сенатскую площадь Московский полк.

О декабрьском восстании Пушкин узнал в Тригорском от слуги П. Осиповой Арсения, который ездил в Петербург за провизией и в день восстания срочно, на почтовых, ничего не успев купить, вернулся домой. Томашевский подверг сомнению дату, названную Пушкиным. Обоснования датировки в комментарии нет. Нащокина, который рассказывал П. Бартеневу об обстоятельствах возвращения Пушкина из ссылки следующее: С письмом губернатора этот нарочный прискакал к Пушкину.

Он в это время сидел перед печкою, подбрасывал дров, грелся. Ему сказывают о приезде фельдъегеря. Встревоженный этим и никак не ожидавший чего-либо благоприятного, он тотчас схватил свои бумаги и бросил в печь: Осиповой, дочери владелицы Тригорского, известно, что в момент приезда фельдъегеря Пушкин находился в Тригорском.

Часу в м вечера сестры и я проводили Александра Сергеевича по дороге в Михайловское Он объявил Пушкину повеление немедленно ехать вместе с ним в Москву. Но можно ли доверять, казалось бы, четко сформулированному свидететельству самого поэта? Мы знаем немало случаев, когда Пушкин, печатая какое-либо стихотворение, нарочито по политическим или личным мотивам изменял его дату.

Кто же прав, Фейнберг или Томашевский? Все январские и февральские письма к друзьям наполнены надеждами на освобождение. Это не случайные, необоснованные, наивные надежды. Известно, что сами декабристы поверили лживым - 78 -.

Слухи о допросах и письмах к царю доходили, несомненно, и в Михайловское. Из Михайловского в Петербург шли письма по оказии с вопросами об осужденных, об их положении и судьбах.

Из Петербурга шли также по оказии ответы — и ответы, часто обнадеживающие. Пушкин спрашивает Дельвига и Жуковского о судьбе братьев Раевских, отвечает ему Дельвиг в начале февраля: Правда, они оба в Петербурге, но на совершенной свободе. Что же именно пишет Пушкин о себе в эти месяцы? Вот отрывки из его писем. Напрасно — я туда не намерен — но неизвестность о людях, с которыми находился в короткой связи, меня мучит.

Надеюсь для них на милость царскую. Но кто же, кроме полиции и правительства, не знал о нем? Правда, в этом письме Пушкин пишет слова, которые часто цитируют цитирует их и Фейнберг для подтверждения своей датировки: Но дальше, из следующих строк, видно, что он вполне спокоен за свою судьбу и, заключая мир с правительством, намерен даже диктовать условия: Таким образом, беседы на политические темы даже с заговорщиками Пушкин не считает основанием ни для ареста, ни даже для подозрений.

И только в середине апреля, получив ответ от Жуковского, он впервые сознает опасность своего положения. Но в бумагах каждого из действовавших находятся стихи твои. Это должно заставить тебя трепетать Вполне возможно, что так оно и было: После казни стало ясно, что милости к осужденным не будет. Жду их с нетерпением - 81 -. Это известие Ольга Сергеевна получила, очевидно, в письме Пушкина, которое до нас не дошло она отвечает на него в приписке к тому же письму Вяземского от 31 июля.

Уничтожая Записки, Пушкин скорее всего оставил отрывок о Карамзине, потому что в этот момент видел ему конкретное применение. Сама мысль о таком конкретном применении могла появиться только после смерти Карамзина.

В письме к Вяземскому от 10 июля обращают внимание слова: Они сочетаются с позднейшим замечанием Пушкина о своих Записках: Сожженные Записки содержали непосредственные впечатления о людях, беседах, событиях, которые казались примечательными и заслуживающими внимания следующих поколений.

Декабристы были близки Пушкину, оказывали влияние на формирование его личности, его взглядов, в них он видел характеры, определяющие приметы эпохи. Без дружеских связей, т. В черновых тетрадях Пушкина нет никаких следов Записок. Уничтожение черновиков Записок — процесс медленный. А вот уничтожить текст, перебеленный в особую тетрадку, можно сразу, мгновенно, поддавшись отчаянию, слабости, предчувствию.

И тем не менее нельзя совсем сбрасывать со счета свидетельство П. Нащокин — близкий друг Пушкина, свято чтивший его память, — мог что-то перепутать, но не выдумать.

Когда Пушкин 3 сентября поздно вечером вернулся из Тригорского в Михайловское, где его ждал фельдъегерь, какую-то рукопись он, по-видимому, успел бросить в топившуюся печь. Сохранившиеся отрывки На сегодняшний день мы можем сказать, что от уничтоженных Пушкиным Записок сохранились два отрывка: Вышед из Лицея, я почти тотчас уехал в Псковскую деревню моей матери. Помню, как обрадовался сельской жизни, русской бане, клубнике и проч.

Налив рюмку себе, велел он и мне поднести; я не поморщился — и тем, казалось, чрезвычайно одолжил старого арапа. Через четверть часа он опять попросил водки и повторил это раз 5 или 6 до обеда.

Болезнь остановила на время образ жизни, избранный мною. Я занемог гнилою горячкой. Лейтон за меня не отвечал. Семья моя была в отчаянье; но через шесть недель я выздоровел. Сия болезнь оставила во мне впечатление приятное. Друзья навещали меня довольно часто; их разговоры сокращали скучные вечера. Чувство выздоровления одно из самых сладостных. Помню нетерпение, с которым ожидал я весны, — хоть это время года обыкновенно наводит на меня тоску и даже вредит моему здоровью. Но душный воздух и закрытые окны так мне надоели во время болезни моей, что весна являлась моему воображению со всею поэтической своей прелестию.

Это было в феврале года. Я прочел их в моей постеле с жадностию и со вниманием. Все, даже светские женщины, бросились читать Историю своего Отечества, дотоле им неизвестную. Она была для них новым открытием. Древняя Россия, казалась, найдена Карамзиным, как Америка — Коломбом. Несколько времени нигде ни о чем ином не говорили. Когда, по моему выздоровлению, я снова явился в свете, толки были во всей силе.

Одна дама, впрочем, весьма почтенная, при мне, открыв вторую часть, прочла вслух: Владимир усыновил Святополка , однако не любил его У нас никто не в состоянии исследовать огромное создание Карамзина — зато никто не сказал спасибо человеку, уединившемуся в ученый кабинет во время самых лестных успехов и посвятившему целых 12 лет жизни безмолвным и неутомимым трудам.

Он рассказывал со всею верностию историка, он везде ссылался на источники — чего же более требовать было от него? Некоторые остряки за ужином переложили первые главы Тита Ливия слогом Карамзина. Римляне времен Тарквиния, не понимающие спасительной пользы самодержавия , и Брут, осуждающий на смерть своих сынов, ибо редко основатели республик славятся нежной чувствительностию , конечно, были очень смешны.

Мне приписали одну из лучших русских эпиграмм; это не лучшая черта моей жизни. Однажды начал он при мне излагать свои любимые парадоксы. Оспоривая его, я сказал: Я замолчал, уважая самый гнев прекрасной души. Однажды, отправляясь в Павловск и надевая свою ленту, он посмотрел на меня наискось и не мог удержаться от смеха. Что можно сказать об автографах этих отрывков?

Подтверждают ли их принадлежность к Запискам палеографические данные? В распоряжении исследователей имеется составленный Л. Томашевским каталог бумаги, которая была в работе у Пушкина.

Этот каталог с подробным описанием бумаги содержит сведения, в какие годы пользовался Пушкин тем или иным сортом, т. По размеру и вержировке этот клочок сходен с листами, на которых записан отрывок о Карамзине, но по фактуре несколько от них отличается.

Такое отличие может объясняться разными условиями хранения бумаги, но все же полной уверенности, что оба отрывка вырваны из одной тетради т. Отрывок о Карамзине, который мы привели, занимает три листа. Следует особенно подчеркнуть, что такая бумага явно вырванная из тетради больше в рукописях Пушкина не встречается.

Это, конечно, остатки тетради, содержащей Записки. Все остальное поглотил огонь. Текст беловой, с поправками, чернила бледные, рыжие. Весь этот текст занял бы менее полутора страниц тетради с Записками.

Скорее всего рассказ о Карамзине не был единственным на этом третьем листе, и Пушкин вынужден был его переписать. Когда он это сделал? Очевидно, тогда, когда уничтожал тетрадь с Записками, т.

Это и позволило Томашевскому рассматривать запись как дневниковую. Расположение даты перед текстом в начале работы над ним мы часто встречаем в рабочих тетрадях Пушкина. Является ли отрывок о Карамзине заново написанным текстом? Основной аргумент исследователя, выдвинувшего эту точку зрения, — слова Пушкина: Пушкин, конечно, отсылает читателя к собственным Запискам, т.

Но и в этой средней части убрано все, что заведомо не могло пройти цензуру. Кроме того, в тексте сделаны перестановки, заменены формулировки и т. Предположение, что автограф является заново написанным текстом, вызывает еще много вопросов. Если этот текст писался только как воспоминание о Карамзине, зачем так подробно Пушкин рассказывает о себе, о своей болезни и о том, что все восемь томов он прочел в постели?

И почему не зачеркнуто начало, которое Пушкин не собирался отдавать в печать? Ответ на все эти вопросы может быть только один: Может быть, переписывая отрывок из этих листов для Дельвига, он жалел о минутах слабости, заставивших его сжечь свой труд. Непосредственно перед ним Пушкин помещает изречение: А еще выше — знаменательные слова, которые можно поставить эпиграфом к пушкинским Запискам при всех изменениях их замысла или структуры: Мысль о несовместимости истинного патриотизма с отсутствием интереса к отечеству Пушкин варьирует несколько раз: Записки частных лиц и призваны воспитывать в гражданах завещанное Карамзиным уважение к предкам.

Так понимал задачу своих мемуаров и Пушкин. Скрывая свое имя, Пушкин утверждал ценность записок частных лиц. Этот жанр давал возможность свободно монтировать материалы собственной биографии с анекдотами, размышлениями о читателях и читательницах, о современных писателях — Дельвиге, Баратынском, Грибоедове.

Впоследствии Пушкин воспользуется возможностью свободного контекста для своих Записок. Но это будет потом. Пока же вернемся к первым мемуарным опытам Пушкина. Прежде чем он уничтожил Записки, их замысел прошел не одну стадию. Со времени первых публикаций этой статьи сложилась традиция относить ее к автобиографической прозе Пушкина. Следующая публикация принадлежала П. В редакционном введении к публикации читаем: Под этим заглавием, нами данном, печатаем здесь рукопись А.

Фейнберг считал статью остатком сожженных Записок. К Запискам Пушкина относит эту статью и С. Так, например, скептически относится к нему Н.

Но прежде несколько слов о заглавии статьи. Пушкинский автограф заглавия не имеет, но в копии, принадлежавшей кишиневскому другу поэта Н. Алексееву, статье дано такое название.

Приведем эти пометы в контексте черновика. Политические изменения, вынужденные у других народов долговременным приготовлением, [но у нас еще не требуемые ни духом народа, ни общим мнением], были любимою мечтою молодого поколения. Несчастные представители сего буйного и невежественного поколения погибли. Таким образом, часть Записок вторая глава их , на которую ссылается Пушкин, касалась современной ему поры, т. Но общественные процессы, сопутствующие этому времени, начались в предшествующую эпоху.

Просвещение и свободу Пушкин ставит в неразрывную связь. Номер поставлен высоко к верхнему краю листа, т. Пушкин собирался делать из него выписки. Пушкин вновь принялся за свои Записки, никакого исторического введения там уже нет, — он начинает их прямо с родословной Пушкиных и Ганнибалов.

Это может быть свидетельством в пользу мнения Н. Нам кажется вероятным второе предположение. Чтобы обосновать это мнение, необходимо объяснить, как могли строиться Записки в первом варианте, т.

Года записаны по порядку, некоторые даты повторяются по несколько раз. Учитывая, что Пушкин уже работал над - 97 -. Записками, можно предположить, что хронологический вензель связан с размышлениями о начатом труде. Часть этого плана состоит также из последовательной записи дат: Некоторые из пунктов-дат развернуты, другие обозначены только годом. Хронологический вензель, конечно, нельзя назвать планом, но в нем несомненно угадываются размышления Пушкина о начатом труде. Отметим, что цифровая запись фиксирует не только воспоминания о прошлом, но и размышления о будущем, т.

Через две недели после этого, 1 сентября, Пушкин посылает Вяземскому письмо, которое, нам кажется, также связано с работой над Записками: Конечно же, Пушкин намекает здесь на возможную перемену общественной ситуации может быть, даже революцию и сопутствующие ей перемены в жизни общества и в собственной жизни, т.

Обращаясь к Вяземскому, Пушкин по сути дела пишет о себе. Это год поступления в Лицей, т. Таким образом, хронологический вензель помогает предположить первоначальный план Записок, как они мыслились Пушкину в Кишиневе: Так обозначилась бы связь Пушкина и его поколения с историей своего времени. Обычно особенно в Кишиневе Пушкин сообщал друзьям о своих новых замыслах и трудах. Но Записки в письмах этого времени почти не упоминаются. В письме к Дельвигу будущий труд еще никак не определен, и вряд ли Дельвиг связал слова Пушкина с конкретной - -.

Постоянные упоминания о Записках встречаем только в Михайловском. Изменения связаны с переменой образа жизни Пушкина и с особенностями его мировоззрения.

В первоначальном замысле Записок исторические события подаются в крупном масштабе, где нет места для родословной поэта. В этом смысле показательны два его письма о греческой революции. В первом письме, из Кишинева, которое предположительно адресуется В. Поражение европейских революционных движений, не поддержанных народом, принесло Пушкину глубокое разочарование.

Это было поводом для размышлений на более общие и более близкие вопросы о соотношении между носителями революционных идей и народом. В движении замысла Записок несомненную роль сыграл и переезд в Михайловское, обостривший интерес Пушкина к своей родословной. Историей Ганнибалов Пушкин начинает интересоваться именно в это время и именно в Михайловском.

Здесь еще были свежи предания о них, и даже был жив двоюродный дед Пушкина Петр Абрамович Ганнибал. Ему и посвящен один из уцелевших отрывков Записок. Воспоминания об Абраме Ганнибале мелькают уже в послании к Н. В деревне, где Петра питомец, Царей, цариц любимый раб И их забытый однодомец Скрывался прадед мой арап, Где, позабыв Елисаветы И двор, и пышные обеты, Под сенью липовых аллей Он думал в охлажденны леты О дальней Африке своей, Я жду тебя В примечании к ней Пушкин поместил краткую биографию Абрама Ганнибала.

Фейнберг называет - -. И дальше — вкратце — Пушкин сообщает сведения о жизни своего знаменитого прадеда. Заключается примечание выразительным обещанием: Исследовательница родственных связей Пушкина считает, что копия немецкой биографии стала собственностью поэта или вскоре после этого письма к П. Осиповой, или после смерти Ганнибала. Получив в руки такой важный для Записок документ, он сразу же взялся переводить его на русский язык.

Имеются еще менее значимые расхождения. В Михайловском впервые проявляется интерес поэта и к роду Пушкиных. С переменой замысла Записок публицистическое введение оказывалось лишним. Для дальнейшей работы над биографией рукописи этих двух глав были Пушкину не нужны.

Не было ее и в Тригорском — иначе необходимые вставки Пушкин мог бы сделать. В период работы Пушкина над Записками в Михайловское приезжали два человека, которых он несомненно знакомил со своими трудами и замыслами. Эти два человека — Пущин и Дельвиг. Цявловская высказала предположение, что отрывки из своих Записок Пушкин читал Пущину. Не случайно упоминания о пушкинских Записках появляются в письмах Рылеева к Пушкину именно после поездки Пущина в Михайловское.

Воспоминания у Пушкина и Пущина во многом были общими, и друга детства, конечно, интересовало все, что было написано Пушкиным. Читая эти отрывки Пущину, Пушкин, конечно, упомянул, для чего они им предназначались. Любопытно отметить, что вопрос: Мы знаем, что, когда Дельвиг уезжал из Михайловского, он вез в Петербург какие-то пушкинские рукописи. В ней были, как во всякой черновой тетради, наряду с законченными произведениями произведения незаконченные, которые нужны были Пушкину для работы, т.

Только спешность царского заказа помешала ему сделать из них необходимые выписки. Якушкин по копии, принадлежавшей Н. Наиболее отдаленным от нас владельцем автографа был М. Лобанов — посредственный писатель и переводчик. С хозяином дома его сближали, по-видимому, не только литературные интересы. Очевидно, что 14 декабря оба они, как и вся Россия, пережили потрясение.

Известно, что в день восстания Дельвиг был в толпе на Сенатской площади, он был также одним из немногих свидетелей казни декабристов. Мы не знаем, присутствовал ли при этом и Лобанов, но достоверно известно, что он собирал печатные свидетельства о деле 14 декабря.

В его бумагах, хранящихся в Архиве литературы и искусства Москва , Н. Эйдельман обнаружил полную подборку вырезок из газет и других печатных изданий о восстании и процессе над декабристами. Это были назревшие вопросы современности, которые обсуждались как в тайных обществах, так и в литературных салонах. Намек на это можно видеть в словах П. Томашевский комментирует эти слова так: Первым исследователем, кто видел автограф, был П.

А судьба автографа такова: Дельвиг — Лобанов — Дашков — Ефремов. Но первую главу романа Бестужев и Рылеев не приняли, не могли они принять и следующие главы. Новый - -. Несомненно, что гражданский пафос альманаха не прошел мимо Пушкина и Дельвига, 28 а гражданский пафос альманаха был связан со статьей Бестужева.

Несомненно и то, что программная статья Бестужева обсуждалась ими в первую очередь. На это Пушкина вызвали сами издатели. Рылеев, сообщая ему о выходе альманаха, писал: Пушкин вступил в полемику с Бестужевым. Позиция, выраженная позднее в письме к Бестужеву от конца мая — начала июня и продолженная в письмах к Рылееву , в своем первоначальном виде была, очевидно, сформулирована в беседах с Дельвигом.

Гомер, нищенствуя, пел свои бессмертные песни; Шекспир под лубочным навесом возвеличил трагедию; Мольер из платы смешил толпу; Торквато из сумасшедшего дома шагнул в Капитолий; даже Вольтер лучшую свою поэму написал углем на стенах Бастилии. Гении всех веков и народов, я вызываю вас! Я вижу в бледности изможденных гонением или недостатком лиц ваших — рассвет бессмертия! Так же как Бестужев, он выстраивает ряд трагических писательских судеб: При внешней схожести перечней, которые мы находим у Бестужева и у Пушкина, они имеют различные исходные позиции.

Пушкин исходит из конкретной исторической ситуации в России. После отъезда Дельвига мысли, вызванные беседами с ним, совместным чтением и обсуждением литературных новинок и мнений, продолжали занимать поэта. В первых числах июня т. И вот в письме к Бестужеву выстраивается другой ряд имен: Успех литературы Пушкин связывал с независимостью писателей, а независимость видел в их принадлежности к родовитому дворянству. В письме к Бестужеву он писал: Мы не хотим быть покровительствуемы равными.

Вот чего подлец Воронцов не понимает. Он воображает, что русский поэт явится в его передней с посвящением или одою, — а тот является с требованием на уважение как шестисотлетний дворянин — дьявольская разница! Знаешь ли его лучшую эпиграмму: Из письма выявляется еще одна тема бесед Дельвига и Пушкина.

Эпиграмму вспомнили потому, что концовка ее перекликалась с декларацией Рылеева. Речь идет о следующей эпиграмме Вяземского: Я не поэт, а дворянин, И лучше в Грузино пойду путем доходным: Там, кланяясь, могу я выкланяться в чин.

Таким образом, стихотворение Рылеева напомнило Пушкину и Дельвигу эпиграмму Вяземского и стихотворение Свиньина, а вирши Свиньина равно как и эпиграмма Вяземского вспомнились Пушкину еще и потому, что сочетались с его размышлениями о судьбах русского дворянства и с его личными отношениями с Воронцовым.

Эпиграмма Вяземского иллюстрирует мысль Пушкина применительно к современности. Из сказанного следует, что по первоначальному плану Записки Пушкина должны были включать историко-публицистическое введение, от которого поэт впоследствии отказался. Это введение было написано Пушкиным и состояло из двух глав, или разделов.

Вторая до нас не дошла. Но не исключено, что рукопись Пушкина находилась в руках кого-нибудь из декабристов и была уничтожена в ожидании ареста.

Будем надеяться на первое. В письме девятом читаем: Дальше в рабочей тетради Пушкина - -. На листе, представляющем как бы обложку к предисловию, рукою Пушкина, с его же графическим начертанием типографских концовок, обозначено: Таким образом, записки, которые велись во время путешествия, он рассматривает как проявление его частной жизни.

Круг этих источников и установил Тынянов. Это замечание Тынянова было учтено им самим при подготовке текста - -. В тетради, где велись эти записи, заглавия нет, и оно выбрано Тыняновым и редакцией академического издания потому, что так называл их сам поэт. Отрывки, письма черновые И, словом, искренний журнал, В котором сердце изливал Онегин в дни свои младые, Дневник мечтаний и проказ, Незанимательный для вас.

Дойдут ли они до потомства? Елисавета Алексеевна писала свои, они были сожжены ее фрейлиною; Мария Федоровна так же. Со временем это восприятие может потускнеть или быть переосмыслено, и поэтому дневники скорее могут быть обречены на уничтожение, чем мемуары. Неожиданность, случайность события определила и характер автографа: Запись сделана, по-видимому, наспех, на почтовой станции; возможно, у Пушкина не было под рукой рабочей тетради, а возможно, и своей бумаги.

Иное дело арзрумская поездка. То, что эта тетрадь была задумана как дневниковая, подтверждают и характер записей в ней, и сопоставление их с другими дневниками Пушкина. Название это не случайно. Якушкин так начинает описание этой тетради: Некоторые - -. Обратимся к арзрумской тетради. Записи в ней начинаются с даты и указания места, где та или иная запись делается. Далее идет описание событий, происшедших с момента выезда Пушкина из Москвы. Следующая запись, на л.

В конце ее, на л. Таким образом, дневниковые записи занимают подряд десять с половиной начальных листов тетради л. Передышка появилась в Тифлисе. Первой тифлисской записью был черновик письма к Ф. Начинается он на л. Этот черновик уже в то время, когда В. В письме имеются строки, которые объясняют перерыв в дневниковых записях Пушкина: В Тифлисе Пушкин пробыл две недели.

Когда же он вновь приступил к дневнику? Ответить на этот вопрос можно, если внимательно присмотреться к тому, в какой последовательности велись дальнейшие кавказские записи Пушкина в этой тетради. Не преследуя цели дать детальную историю заполнения тетради, мы наметим только последовательность записей, имеющих прямое отношение к дневнику поэта. Стихотворение и вводящая его фраза записаны одинаково заточенным пером и одними и теми же чернилами, т.

Но перебеленному тексту стихотворения на л. По-видимому, эпизод с калмычкой вызвал мысль о стихотворении, но стихи, тем более только что задуманные, требовали работы — беловой текст у Пушкина часто появляется после тщательно отработанных черновых вариантов.

Поэтому, чтобы не прерывать дневниковых записей заведомо черновыми строками, Пушкин обращается к последним листам тетради и в конце ее, на л. Национальный колорит стихотворения вызывает замену русского названия Владикавказ старинным Кап-Кой. Перед стихотворением на л. Пушкин перебеливает его на соседнем листе на л. Рядом уже 24 мая пишется черновик письма к правителю горских народов по Военно-Грузинской дороге Б. Чиляеву с просьбой оказать содействие себе и своим спутникам в переправе через горы.

В этот же день, 24 мая, Пушкин познакомился с персидским поэтом Фазиль-ханом, который сопровождал принца Хозрев-Мирзу в Петербург. Принц должен был принести извинения русскому правительству в связи с гибелью Грибоедова. Встреча с Фазиль-ханом отмечена в арзрумской тетради. Перевернув страницу, Пушкин начинает записи на л. Дата не относится к стихотворению на этом листе оно только начато; второй его черновик, на отдельном листе, помечен датой: Прозаическая их часть за исключением записи в Коби — в начале тетради, стихи их можно назвать лирическим дневником поэта — в конце ее.

Дни, насыщенные событиями и встречами, не давали поэту времени продолжать дневник с неторопливыми подробностями. Следующую дневниковую - -. Томашевским, 9 указано, что лист этот вырван из арзрумской тетради. Место, где он первоначально находился, устанавливается легко по характерной линии обрыва — это следующий лист после тифлисского письма к Ф. Набегавшие события не оставляли, по-прежнему, времени для развернутых записей. В тетради Пушкин записывает: Томашевский читает ее иначе: По-видимому, потрясенный известием, Пушкин открыл тетрадь наугад и в верхней части листа, как делал, начиная новую дневниковую запись, написал: Затем вписал сверху, над тире: Сбоку, с левой стороны, стоит торопливо записанная дата: Нам представляется, что 16 июля написано не только стихотворение, но сделана и аббревиатурная вставка в дневниковую запись.

Стихотворение, как и вставка, вызваны одним событием — посещением арзрумской бани. Но день 14 июля там назван, и рассказ о событиях этого дня ведется в соответствии с дневниковой записью: Я собирался в обратный путь. Я проклинал нечистоту простынь, дурную прислугу и проч. Как можно сравнить бани арзрумские с тифлисскими! Это обстоятельство позабавило поэта. Многие из них были в самом деле прекрасны и оправдывали воображение Т.

Далее следует отрывок из поэмы Т. Содержание его опирается на случай, который произошел с Пушкиным в Тифлисе. Набросок остался незаконченным — он был оттеснен новыми впечатлениями.

Когда Пушкин вновь вернулся к дневнику, короткая - -. Продолжать дневник в том же положении тетради не имело смысла: Неудобство такого ведения дневника уже тогда стало для него очевидным. Следующая запись делается через четыре дня: Запись 18 июля делается вновь в изначальном положении тетради, после записи 22 мая во Владикавказе. Набрасывается она поверх карандашного черновика письма Ф. Мы видели, что первая арзрумская запись 12 июля сделана после листа с письмом к Толстому, на вырванном листе, который находился между л.

Можно предположить, что, набросав в Тифлисе черновое письмо к Толстому, Пушкин не удосужился сразу переписать и отослать его или сделал это позднее, а может быть, и не отослал вовсе беловой текст письма неизвестен. Поэтому вполне возможно, что прежде чем переписывать ответ на неизвестное письмо, он решил удостовериться, действительно ли его писал Ф. Во всяком случае очевидно, что текст черновика стал поэту не нужен после 12 июля.

Тогда он пишет сверху новый текст, группируя таким образом дневниковые записи. Сразу после короткой, тезисной записи 18 июля, на обороте л. Толстому сделана следующая запись: Гассан Кале 27 июня.

Скорее всего в тот же день, 18 июля, когда пребывание поэта в Арзруме подходило к концу. В Арзруме у Пушкина, по-видимому, так и не появилось времени всерьез заняться дневником.

Попытка 12 июля начать обстоятельный рассказ оказалась единственной. Остальные записи носят тезисный характер. Этими записями Пушкин закрепил недавно пережитые эпизоды и набросал также в тезисной форме последовательность - -.

Из этой последней записи-плана очевидно, что он не оставил мысли в один из свободных дней или часов вернуться к впечатлениям от своей поездки по Военно-Грузинской дороге и внести их в дневник, пока они не стерлись в памяти. Как после 18 июля велись записи в тетради? На ближайшем из сохранившихся листов л. Еще одна дневниковая запись в тетради сообщает о поездке по Военно-Грузинской дороге от Владикавказа - -.

Сделана она на л. Необходимо объяснить, почему Пушкин для того, чтобы записать впечатления от Военно-Грузинской дороги, перевернул тетрадь, раскрыл ее наугад вся середина тетради была тогда еще чистой и стал писать на свободных листах, а не стал заполнять тетрадь подряд, избавив нас от необходимости разгадывать ход его мыслей.

Объяснение, нам кажется, может быть только одно: Начав группировать арзрумские записи, Пушкин, по-видимому, не хотел нарушать хронологического течения дневника.

Предположенная нами последовательность записей может вызвать сомнения. Весь кусок кавказского дневника на л. Возможно, что, принявшись писать, Пушкин забыл поставить дату или собирался указать ее в конце как это было 22 мая, когда дата стоит не только в начале, но и в конце записи.

Но записи в дневнике почему-то прервались, рассказ не был окончен в один день и продолжался в следующие. В этом случае дневниковые даты, будь они проставлены, внесли бы в рассказ о путешествии т. Последовательность событий разбивалась бы хронологической последовательностью записей.

Приняться за столь подробный рассказ о днях переезда из Владикавказа в Тифлис можно было только рассчитывая на оседлый образ жизни. Скорее всего, Пушкин начал эту запись в Арзруме 19 июля или на следующий день. К тому времени друзья разъехались, с Паскевичем поэт распрощался, новых встреч или волнующих событий не ожидалось. Этой записью кончается кавказский дневник поэта. После эпизода с казаками поставлена черта, а затем начинаются тексты творческих замыслов, и первый из них — план поэмы о русской девушке и черкесе.

Эпиграмма записана на л. Следует сказать, что в дневнике поэта большие куски текста зачеркнуты например, эпизод с калмычкой, встреча с графом Пушкиным и описание его кареты и др. Палеографические данные цвет чернил, толщина пера, характер вычерков свидетельствуют, что Пушкин зачеркивал эти места в два приема, подготавливая текст дневника для печати.

Для кавказского дневника характерна манера включать в одну запись события сразу нескольких дней, давать описание не отдельных дней, а сразу большого отрезка пути. Такие же собирательные записи мы находим и в кишиневском и в последнем дневниках поэта.

Пропустив несколько дней, Пушкин заносит в дневник события, происшедшие в промежутке между двумя датами, т. Это признание свидетельствует, что читатели или лица, которых поэт собирался знакомить со своим дневником, предполагались изначально, но число их было ограничено. И здесь особое внимание следует обратить на мотив воспоминаний в дневнике.

Пушкин дважды путешествовал по Кавказу. Письмо это было хорошо известно ближайшему окружению Пушкина. Тургенев посылал брату Сергею копию этого письма. Дневник повторяет те же опорные моменты, мотивы, что содержатся в письме к брату, — более того, он прямо ориентирует читателей на это письмо.

Говоря о настоящем, поэт вспоминает прошлое, в описание включается романтическая интонация, характерная для первого восприятия Кавказа. Описание Кавказских горячих вод также построено на сопоставлении настоящих впечатлений с прошлыми.

И описание переезда по Военно-Грузинской дороге, и замечания о черкесах также ориентированы на письмо. Прошло девять лет, и все повторилось: Мы предлагаем реконструкцию кавказского дневника Пушкина. При подготовке текста учитывалось следующее обстоятельство: В дневнике вычеркнуты некоторые слова, фразы, абзацы, которые он считал для статьи неприемлемыми.

Убирая куски текста, Пушкин делал это в большинстве случаев однотипно — несколькими косыми, иногда почти перпендикулярными к тексту штрихами, сохраняя таким образом неиспорченным первоначальный текст, ненужный ему в данном случае. Отдельные места были им заново сформулированы.

Эти позднейшие формулировки можно определить при помощи палеографических данных. В настоящей публикации мы по возможности исключаем правку, которая делалась при перестройке дневника в статью. Слова и отрывки, которые Пушкин вычеркивал в процессе работы над текстом, заключены в квадратные скобки. Делая дневниковые записи, Пушкин обычно работал над текстом, подвергая его стилистической правке или выбирая слова, наиболее точно выражающие мысли и впечатления. Подобная правка имеется и в кавказском дневнике.

Варианты текста этого дневника приведены в Большом академическом издании VIII, — и в настоящую публикацию не вводятся. Без каких-либо помарок или переделок осталось только начало дневника посещение Ермолова , 19 которое при жизни Пушкина не печаталось см. При издании сочинений Пушкина возможны два текстологических решения: Из Москвы поехал я на Калугу, Белев и Орел и сделал таким образом верст лишних; зато увидел Ермолова.

Он живет в Орле, близ коего находится его деревня. Я приехал к нему в восемь часов утра и не застал его дома. Извозчик мой сказал мне, что Ермолов ни у кого не бывает, кроме как у отца своего, простого, набожного старика, что он не принимает одних только городских чиновников, а что всякому другому доступ свободен. Через час я снова к нему приехал.

Ермолов принял меня с обыкновенною своей любезностию. С первого взгляда я не нашел в нем ни малейшего сходства с его портретами, писанными обыкновенно профилем.

Лицо круглое, огненные серые глаза, седые волосы дыбом. Голова тигра на Геркулесовом торсе. Улыбка неприятная, потому что неестественна. Когда же он задумывается и хмурится, то он становится прекрасен и разительно напоминает портрет, писанный Довом. Он был в зеленом черкесском чекмене. На стенах его кабинета висели шашки и кинжалы, памятники его владычества на Кавказе.

Он, по-видимому, нетерпеливо сносит свое бездействие. Я передал Ермолову слова гр. Толстова, что Паскевич так хорошо действовал в персидскую кампанию, что умному человеку осталось бы только действовать похуже, чтоб отличиться от него.

Ермолов засмеялся, но не согласился. Думаю, что он пишет или хочет писать свои записки. Он недоволен Историей Карамзина; он желал бы, чтобы пламенное перо изобразило переход русского народа из ничтожества к славе и могуществу. Курбского говорил он con amore. Я пробыл у него часа 2. Ему было досадно, что не помнил моего полного имени. Разговор несколько раз касался литературы. О стихах Грибоедова говорит он, что от их чтения — скулы болят. О правительстве и политике не было ни слова.

Мне предстоял путь через Курск и Харьков; но я своротил на прямую тифлисскую дорогу, жертвуя хорошим обедом в курском трактире что не безделица в наших путешествиях и не любопытствуя посетить Харьковский университет, который не стоит курской ресторации. До Ельца дороги ужасны. Несколько раз коляска моя вязла в грязи, достойной грязи одесской.

Мне случалось в сутки проехать не более пятидесяти верст. Наконец воронежские степи оживили мое путешествие. Я свободно покатился по зеленой равнине — и я благополучно прибыл в Новочеркасск, где нашел графа Вл. Пушкина, также едущего в Тифлис, — [я сердечно ему обрадовался] и мы поехали вместе. Он едет в огромной бричке. Это род укрепленного местечка, мы ее прозвали Отрадною.

В северной ее части хранятся вины и съестные припасы. Переход от Европы к Азии делается час от часу чувствительнее.

Кочующие кибитки полудиких племен начинают появляться, оживляя необразимую однообразность степи. Разные народы разные каши варят. Калмыки располагаются около станционных хат.

На днях, покамест запрягали мне лошадей, пошел я к калмыцким кибиткам т. У кибитки паслись уродливые и косматые кони, знакомые нам по верному карандашу Орловского. В кибитке я нашел целое калмыцкое семейство; котел варился посередине, и дым выходил в верхнее отверстие. Молодая калмычка, собой очень недурная, шила, куря табак. Багровые губки, зубы жемчужные. Она подала мне свою трубку и стала завтракать со всем своим семейством. В котле варился чай с бараньим жиром и солью. Не думаю, чтобы кухня какого б то ни было народу могла произвести что-нибудь гаже.

Она предложила мне свой ковшик — и я не имел силы отказаться. И я с большим удовольствием проглотил его. После сего подвига я думал, что имею право на некоторое вознаграждение.

Но моя гордая красавица ударила меня по голове орудием, подобным нашей балалайке. Вот к ней послание, которое, вероятно, никогда до нее не дойдет — — — б В Ставрополе увидел я на краю неба белую недвижную массу облаков, поразившую мне взоры тому ровно 9 лет. Они обнимали всю правую сторону горизонта и ярко рисовались на ясном утреннем небе.

Я увидел остроконечный Бешту, окруженный Машуком, Змеиной и Лысой горою — [как царь своими Вассалами]. Несмотря на мое намерение доехать до Грузии, я решился пожертвовать одним днем и из Георгиевска отправился в телеге к Горячим водам. Я нашел на водах большую перемену. Источники, по большей части в первобытном своем виде, били, дымились и стекали с гор по разным направлениям, оставляя по себе серные и селитровые следы.

Нынче выстроены великолепные ванны и дома. Бульвар, обсаженный липками, проведен по склонению Машука. Что сказать об этом. Они меня поняли и дружески со мною распростились. Я поехал обратно в Георгиевск — берегом быстрой Подкумки. Наконец он исчез во мраке. С Екатеринограда начинается Военная Грузинская дорога.

Мы дожидались оной недолго — почта пришла на другой день [нашего приезда] — и на третье утро в 9 часов мы были готовы отправиться в путь. Татары тщеславятся этим скрыпом, говоря, что они разъезжают, как честные люди, не имеющие нужды укрываться. В крепости несколько лачужек, где с трудом можно достать десяток яиц и кислого молока — Первое замечательное место есть крепость Минарет — приближаясь к нему, наш караван ехал по прелестной долине — между курганами, обросшими липой и чинаром.

За нею находится крепость. Кругом ее видны следы разоренного аула. Он стройно возвышается между грудами камней на берегу иссохшего потока — памятник, переживший многое. Внутренняя лестница еще не обрушилась. Я взобрался на то место, где уже не раздается голос муллы. Любите самого себя, Любезный, милый мой читатель. Дорога наша сделалась очень живописна. Кто ж это был, вольный черкес или пленник? Все меры, предпринимаемые к их укрощению, были тщетны. Они редко нападают в равном числе на казаков — никогда на пехоту, и бегут, завидя пушки.

Что делать с таким народом? Пока черкес вооруженный не будет почитаться вне закона, можно попробовать влияние роскоши — новые потребности мало-помалу сблизят с нами черкесов — самовар был бы важным нововведением. Терпимость сама по себе вещь очень хорошая, но разве Апостольство с нею несовместно? Разве истина дана для того, чтобы скрывать ее под спудом?

Мы окружены народами, пресмыкающимися во мраке детских заблуждений, — и никто еще из нас не подумал препоясаться и идти с миром и крестом к бедным братиям, доныне лишенным света истинного. Легче для нашей холодной лености в замену слова живого выливать мертвые буквы и посылать немые книги людям, не знающим грамоты. Так ли исполняете долг христианства. Обращение престарелого рыбака или странствующего семейства диких, нужда, голод, иногда — мученическая смерть.

Мы умеем спокойно блистать велеречием, упиваться похвалами слушателей. Но мы во Владикавказе, в самом преддверии гор. Снежные горы над нами. Завтра святилище дикой природы будет нам доступно. Вот уже 6 дней, как я стою в Арзруме в доме Сераскира и долго не мог привыкнуть к этой мысли.

Целый день бродил я по бесчисленным переходам, из комнаты в комнату, с лестницы на лестницу, с кровли на кровлю и долго не знал топографии этого лабиринта. Здесь воображение поминутно поражено противуречием Случая. Арзрум дворцы обратный путь. Мы достигли Владикавказа, прежнего Кап-Коя, — преддверия гор.

Один из гостей взял ружье покойника, сдул порох с полки и положил его подле тела — волы тронулись, и гости поехали следом. Осетинцы самое бедное племя из племен, обитающих Кавказ. Их держат в жалком положении. Вероятно, что аманаты, выпущенные на волю, без большого сожаления вспомнят свое пребывание во Владикавказе. Каменные подошвы гор обточены - -. После года следы работы над АЗ в рукописях Пушкина исчезают. Можно предположить однако, что и позже он время от времени оставлял кое-какие заметки на память - недаром в г.

Но несомненно и другое: Это, казалось бы, подтвердили общеевропейские события "Революция тут, революция там". Вполне сформировавшееся, как кажется поэту, общественное мнение о необходимости реформ также торопило события. Интенсивная работа над АЗ после некоторого перерыва возобновилась в Михайловском с ноября г.

Нам представляется, ничто не препятствует предположению, что хронологически первым фрагментом АЗ, из написанного в Михайловском, дошедшем до нас, является так называемый "Воображаемый разговор с Александром I" -свободная форма мемуаров, намеченная уже в Кишиневе, предполагала варьирование их стилистики, своеобразные розыгрыши, литературную игру. Выше уже говорилось, что "Десятилетнее изгнание" Ж.

Мог ли Пушкин забывать о своем высочайшем гонителе? Между прочим в черновом тексте "разговора" содержалась явная ироническая реминисценция из "Десятилетнего изгнания".

Примерно в то же время Пушкин пишет и черновик так называемого "письма к Д", которое свидетельствует, что общая концепция АЗ к этому времени существенно изменилась. Дело даже не только в том,. Ничто не мешало ему привести подлинные свои стихи, созданные во время и непосредственно после путешествия по Крыму. Однако он включает в автобиографический рассказ стихи, очевидно специально для него предназначенные, отражающие существенно иное отношение к миру, чем то, когда за четыре года до того он посетил Крым.

Данные наблюдения, как нам представляется, позволяют судить об изменении общего строя АЗ. Очевидно, они становятся теперь менее политизированными, более внимательными не только к разговорам и спорам о "текущем моменте" и о будущем России и Европы, но и к личностям, встречу с которыми даровала судьба ссыльному поэту.

Недаром за условным адресатом "письма" угадывается А. Дельвиг, поэзия которого одухотворена высоким заветом: Иначе бы "Некоторые исторические замечания", их открывающие, были бы теперь неуместными. Выскажем предположения о хронологических границах АЗ. Не вызывает сомнения, что они были доведены до михайловской ссылки, что получило отражение и в дате "19 ноября " в сохранившемся фрагменте о встрече с П.

Ганнибалом сюда тяготеют сведения об Абраме Ганнибале, использованные в примечании к первой главе "Евгения Онегина" , и "Воображаемый разговор с Александром I".

Едва ли, однако, правомерно о ранней границе содержания АЗ судить по позднейшему го года плану вновь задуманных Пушкиным мемуаров. Наоборот, как нам кажется, подробно набросанная там хронологическая канва, начатая с ранних детских впечатлений, свидетельствует о тех событиях, которые были освещены в АЗ иначе этот план едва ли был бы нужен: Пушкин и в м году хорошо помнил, о чем было рассказано в АЗ.

Несмотря на то, что на нем сохранилось буквально несколько фраз, этот фрагмент нуждается в отдельном исследовании, ибо на нем можно. Это заставляет предположить, что перед нами вроде бы дневник. Но описываемое событие на 7 лет отстоит от указанной даты: Пушкин передает свои впечатления от первого приезда в Михайловское в году. В таком случае какую функцию играет начальная дата и зачем она поставлена? Авторское настроение от жизни в деревне, описанное Пушкиным в этом фрагменте, явно корреспондирует с настроением, описанным годом раньше в первой главе "Онегина" применительно к герою романа в стихах.

Случайно ли это совпадение настроений? Пушкин занимался как раз подготовкой первой главы к печати. Фрагмент встречи с П. Ганнибалом построен явно на личных, даже интимных деталях, - и он, вероятно, должен был быть "прологом" к чему - то более важному для Пушкина. Ведь не мог же он ограничиться в Записках констатацией того очевидного факта, что брат его деда злоупотреблял горячительными напитками?

Что же в таком случае должно было последовать далее? Когда происходила описанная встреча со "старым арапом": Какие важные обстоятельства биографии Пушкина в ней скрывались? Дата, обозначенная в начале отрывка, соответствует времени сообщения Пушкина в письме к Л.

Пушкину от х чисел ноября г. Анализируемый отрывок относится к самому интенсивному периоду работы над АЗ. Но какое место он должен был занимать в общей структуре реконструируемого нами произведения?

Без сомнения, анализируемый нами отрывок нельзя рассматривать как дневниковую запись. Пушкин, ставя дату ", ноября 19", не просто фиксирует день в году м , а придает этой дате более значимое содержание.

Как нам представляется, она имеет двоякое значение: То есть, с одной стороны, "буря миновала"и теперь он может без помех предаваться своим занятиям, - с другой, начался отсчет предстоящего одиночества в родительском доме его мнгомесячного изгнания, которое, чтобы оно не превратилось в непрерывную муку, предстоит преодолеть, благодаря творчеству.

Между первым и вторым отрывком сохранившихся записей, как и после второго, - существовал какой-то текст. Воспоминание, связанное с ней, было овеяно поэзией интимного мира, отзвуками которого из его дества является стихотворение "Сон" лицейское "Послание к Юдину", где Пушкин вводил черты реального пейзажа села Захарова. О чем Пушкин мог беседовать с Петром Абрамовичем? Можно предположить, что он не упустил удобного случая, который, учитывая преклонный возраст деда, мог больше и не повториться, распрашивал его и о прадеде, и о нем самом, и о его старшем брате Иване Абрамовиче, о котором он скажет потом в примечании к первой главе "Евгений Онегина": Ганнибал принадлежал бесспорно к числу отличнейших людей екатерининского века" VI, Наверняка, старику было лестно, что его молодой внук проявляет серьезный интерес к своей родословной.

Можно представить, что он, расположившись к внуку, дополняя свой рассказ о истории своей фамилии, показывал Пушкину семейные реликвии, документы и многое другое. Фейнберг считает, что примечание к первой главе "Евгения Онегина", является отрывком из АЗ.

Доказывая свою версию, он говорит, что "приступив к возобновлению сожженных "Записок", поэт повторил в начале новой Автобиографии свой рассказ об Абраме Петровиче Ганнибале с некоторыми только, главным образом стилистическими отличиями. Сопоставляя текст примечания с "немецкой биографией А. Ганнибала, с ее переводом Пушкина, "Воспоминаниями П. Ганнибала" и "Началом автобиографии мы видим следующее:. Ганнибала хотя последние написаны сумбурно из-за его старческого склероза повествуют об одних и тех же фактах из жизни А.

Ганнибала без особых различий. В "немецкой биографии" они изложены развернуто, а у Петра Абрамовича - кратко. Все эти факты представлены з примечании. Ганнибала и в "Начале автобиографии" нет расхождений в освещении жизни прадеда.

Без всяких сомнений, публикуя первую биографию А. Ганнибала, Пушкин основывался на "семейственных преданиях", не располгая на тот момент ни "немецкой биографией" прадеде, ни мемуарами П. После письма к П. Осиповой 11 августа г. Пушкин, получив вместе с мемуарами П. Ганнибала "немецкую биографию" прадеда, приступил сразу же к ее переводу. В это же время он уже переписывает черновую тетрадь A3, о чем сообщает П.

Возращаясь в х годах к возобновлению новой Автобиографии, Пушкин мог взять рассказ о прадеде и его сыновьях из A3, если предположить, что он сохранил эту часть беловой рукописи.

В "Начале автобиографии" и документы, и "семейственные предания" соседствуют рядом с собственными чувствами Пушкина, пережитыми им в годы михайловской ссылки. Так появляется в "Начале автобиографии" сообщение, что Абрам Петрович "написал было сови записки на французском языке, но в припадке панического страха, коему был подвержен, велел их при себе сжечь вместе с другими драгоценными бумагами" XII, О том, что Абрам Петрович сжег записки, им написанные на французском языке, не говорится ни в его "немецкой биографии", ни в мемуарах П.

И снова, спустя десять лет, как и в примечании к первой главе "Евгения Онегина", так и в "Начале автобиографии" Пушкин сопрягает свою судьбу с судьбой прадеда. Жанровое и стилевое своеобразие A3. Решение вопроса о соотнесении с A3 какого-то конкретного фрагмента, хронологически и тематически сближающгося с ними, - дело весьма непростое. При конкретном решении его в каждом отдельном случае необходимо учитывать, по крайней мере, два обстоятельства:. Вместе с изменившейся целью фрагмент A3 получал иную стилевую и содержательную направленность, исключал "личности" и может быть определен лишь некоей общей гипотетической связью с не дошедшим до нас целым.

Поэтому при определении соотнесенности того или иного опубликованного Пушкиным фрагмента A3 с гипотетически конструируемым целым необходимо прояснить некий общий характер проделываемой Пушкиным трансформации. А этот характер, в свою очередь, может быть прояснен на анализе двух сохранившихся воспоминаний о Карамзине.

Первый отрывок - два листа, вырванные Пушкиным из беловой тетради с A3 ПД , которые обыкновенно печатаются вместе с черновым наброском ПД ; от слов: Мысль сохранить отрывок о Карамзине возникла у Пушкина при известии о смерти писателя - написан же он был, несомненно, ранее.

Фрагмент был-таки переработан для печати и появился в "Северных цветах на год"19 в составе заметок, озаглавленных "Отрывки из писем, мысли и замечания". История появления этой публикации и иллюзии, с нею связанные, были подробно разобраны В.

Во-первых, фрагмент о Карамзине занимает центральное место в "Отрывках из писем Вацуро, - хотел Пушкин издать в ноябре года, чтобы противопоставить официальной легенде живого Карамзина Он начал готовить мемуары к печати, но оставил, не видя в них ничего достойного опубликования или не веря, что их пропустят. Но за год произошли события, которые требовали немедленного, крайне срочного отклика. Пушкин печатает свои воспоминания с риском для себя, хорошо рассчитанным ходом обойдя высочайшую цензуру".

В-третьих, включая фрагмент из "Записок" в корпус литературных "мыслей", Пушкин сознательно трансформировал жанр мемуаров, переосмысливая задачу "воспоминаний" ради пропаганды лублицистических мнений и симпатий, определившихся после При этом сама возможность такой переделки и кардинального "пересмотра" повествовательных функций позволяет указать, по крайней мере, три поэтических особенности реконструируемых A Они представляли собою именно автобиографическое, мемуарное сочинение, основные эпизоды которого объединялись повествовательным "я" и воссоздавали подробности внешней и "внутренней" биографии самого Пушкина.

Это повествование, воссозданное от лица "я", не было самоцелью автора, которому важнее было представить в форме автобиографических заметок и воспоминаний собственные размышления на политические, философские, историософские и бытовые темы и определить собственную, еще формирующуюся, жизненную позицию в открытом и прямом столкновении ее с позициями других персонажей собственных воспоминаний. Авторское "я" здесь должно было соотноситься - как в случае с Карамзиным - с полноценными "чужими я" тех лиц, поведение, суждения и труды которых он описывал.

При этом "Записки" не должны были быть открыто полемичными. Цель Пушкина - представить подробную и многоцветную картину переживаемого им времени и, соответственно, "многоцветные" портреты встреченных им людей, "которые после сделались историческими лицами" XII, A3 не должны были строиться по жестокому "биографическому" плану: Соответственно этому дата вспоминаемого эпизода должна была своеобразно соотноситься с датой воспоминания об этом эпизоде так, над обрывком записи, повествующим о событиях лета г.

А это удобнее всего было сделать в границах жанра "отрывка" - жанра, весьма популярного в русской словесности х годов. Вот, к примеру, финальный афоризм после которого в "Северных цветах Эти строки в первоначальной редакции записаны в черновом наброске "о поэзии классической и романтической" Сам же этот набросок, реконструированный С. Бонди23 может быть интерпретирован как не противоречащее поэтике Реконструируемых "Записок" рассуждение "попутного" характера, соотнесенное с авторским "я" обороты типа: Показательна, наконец, и общая тональность "Отрывков из писем Способ "представления" этих собеседников аналогичен способу представления оппонентов Карамзина: Показательно, что в отрывке "Идиллии Дельвига для меня удивительны Эта ссылка к личности была явно ориентирована на "личностное" замечание о Дельвиге е хронологически предшествовавшей АЗ Сложнее обстоит дело с отнесением к "Запискам" "Отрывка из письма к Д.

Фейнберг24 предлагал считать это "автобиографическое письмо" готовой сохранившейся частью "Записок". Томашевский оспорил это утверждение, сославшись на "историю текста" "Отрывка Левкович поддержала эти сомнения Вкратце аргументы исследователей, решительно отвергавших связь "Отрывка из письма к Д.

Этот текст изначально имел утилитарную направленность: Пушкин, недовольный предисловием Вяземского к первому изданию поэмы "Бахчисарайский фонтан" , вознамерился вдогонку этому изданию написать свое "послесловие" в альманахе Дельвига "Северные цветы".

Текст письма, по мнению Я. Левкович, посылался Дельвигу дважды: ПД и беловой текст письма к Дельвигу от конца декабря г. Это письмо, в несколько сокращенном виде, попало во все издания "Бахчисарайского фонтана" после г. Представленное в "Отрывке из письма к Д. Пушкину от 24 сентября г. Между тем, в "Записках" Пушкин не мог "пропустить" Раевских, ибо собирался писать о лицах "достойных замечания Комментируя письмо к Дельвигу, Д.

Благой справедливо отметил, что оно является "чисто литературным произведением, написанным с заведомой целью отдать его в печать" XIII, Но это произведение занимает необычное "промежуточное" положение в пушкинских текстах. В Академическом издании сочинений Пушкина оно печатается трижды: Однако само существование такого "тройного" текста вовсе не противоречит его основной "автобиографической" направленности.

Высказанные ранее аргументы против отнесения его к "Запискам" оказываются правомерными лишь в одном случае: Фейнберга "Записок", не подвергшийся никакой литературной обработке. Между тем, как явствует из предложенного выше сопоставления непосредственного фрагмента о Карамзине из "Записок" с его переработанным для печати вариантом, Пушкин всегда в аналогичных случаях производил необходимую трансформацию.

Следы этой трансформации видим уже в черновых проработках "Отрывка из письма к Д. Характер черновика в котором сравнительно немного исправлений и зачеркиваний позволяет предположить, что Пушкин, работая над ним, уже имел какой - то "исходный" текст, который в данном случае подвергается смысловой, композиционной и стилистической обработке.

Неожиданные следы уничтоженных A3 встречаем в написанной по заказу Николая I записке "О народном воспитании" Пушкин работал над нею в октябре - ноябре в Михайловском - уже после сожжения A3. Между тем, в черновике этого документа встречаются характерные указания.

Томашевский, - в беловом тексте нет никаких следов намеченных здесь извлечений" Это не вполне точно, в начальном абзаце соответствующего фрагмента "Любопытно видеть etc Но в рассуждениях о вреде "чинов" есть замечание о необходимости уничтожить экзамены для плучения чинов 8-го и 5-го класса, введенные по проекту М.

Спиранского в году возможно, что оно входило в ту главу A3, которая в пушкинском черновике названа "Александр". Несмотря на неизбежную гипотетичность отношения этих фрагментов к A3 они, конечно же, в лучшем случае, могут считаться не "готовыми отрывками", а значительно переработанными фрагментами, функция которых значительно трансформирована , - они косвенным образом характеризуют сам замысел и характер повествования в пушкинских мемуарах.

Пометы Пушкина на черновой рукописи - "из записок" -восстанавливают ситуацию прямого "списывания". Пушкин вроде бы намечает начало соответствующего абзаца, который собирается использовать Между тем, мы можем с большой уверенностью утверждать, что ; том времени, когда поэт работал над трактатом "О народном юспитании" - в октябре - ноябре г. Что, кроме листов о Карамзине, у него оставались еще какие-о дошедшие до нас фрагменты?

Скорее всего, мы имеем дело с другим пушкинским фрагментом. Та творческая установка, которая определила жанр и стиль A3, 5ыла очень характерна для думающего российского интеллигента первой ютверти XIX века. Болезнь моя не миновала, а немного затихла. Все прочитал, что было, - даже "Вестник Европы". Давай писать набело impromptu, без самолюбия, и посмотрим, -ITO выльется.

Писать так скоро, как говоришь, без претензий; как мало авторов пишут, ибо самолюбие всегда за полу дергает и на место первого: Это состояние зафиксировано человеком, психологически очень близким к Пушкину и оказавшимся в подобной бытовой и творческой обстановке. Константин Николаевич Батюшков; май Предмет будущего творчества еще не приобрел сколь - либо.

И приходится рассуждать "внутри себя" - о самом творчестве. А самое первое, что в этом случае приходит на ум, - это воспоминание. Думается, что процесс работы Пушкина над его "Записками" был аналогичен батюшковскому.

Как и Батюшков, он сохраняет дату записи того или иного "воспоминания" дата записи, как и у Батюшкова, лишь на несколько лет отстоит от даты воспоминаемого события. Показательно и то, что на последнем этапе работы Пушкин, по существу, занимался систематизацией разрозненных записей см.

Катенину от сентября Все это, в сущности, косвенные указания на жанровое своеобразие "Записок", в соответствии с которым они находились вполне в русле традиционной литературы первых десятилетий XIX века. Характерное ироническое обозначение малых жанров "карамзинистского" направления журнальной словесности - 20 - х годов дал А. Грибоедов, литературный противник "карамзинизма", в монологе Репетилова из "Горе от ума" д. Несмотря на полемическую направленность, эти обозначения довольно точно определяют существо тех "малых" прозаических жанров, которые действительно наполняли тогдашние журналы.

Фомичев отметил, что такого рода жанровые обозначения "не придуманы драматургом: Пушкинский "Отрывок из письма к Д. Он писался через четыре с лишним года после события в декабре г. При этом показательно, что перебелив "Отрывок Муравьева - Апостола , вышедшую в свет три года спустя после описанного путешествия ; в последнем прямо говорилось, что это "воспоминание", а не письмо.

Пушкин тоже явно стремился сохранить иллюзию теперешнего восприятия. Пушкин-прозаик открыто играет с читателем, демонстрируя несовместимость факта литературного и факта реального. И у него, так же, как у Батюшкова, заявленная "прозаическая" стихия "отрывка" оказывается многослойной.

Поэтому при внешней традиционности его "отрывок" выглядит новаторским. Сохранившиеся фрагменты АЗ Пушкина прямо ориентированы в санровом отношении на ироническую "классификацию" Грибоедова. Отрывок" о посещении деревни и встрече со "старым арапом". Общая установка собственного подхода к прозе аявлена Пушкиным в известной черновой заметке года:. Она ребует мыслей и мыслей - без них блестящие выражения ни к чему не лужат. С воспоминаниями о протекшей юности литература наша алеко вперед не подвинется.

Вопрос, чья проза лучшая в нашей литературе. Начало рассуждения о Карамзине в ее финальной части прямо ведет к оценке карамзинской "Истории Приведенная выше творческая установка Пушкина - это, по: Сама структура и состав ранних пушкинских АЗ непременно должна была быть очень пестрой, соединяя в себе и воспоминания о гережитом, и заметки о живых и уже умерших современниках, и более 1ли менее отвлеченные рассуждения об истории, политике, философии, штературе и т. Эта творческая установка определяла и их жанровые зсобенности.

При этом определение "биографическое" в применении к пуш-шнским "Запискам" следует понимать расширительно: