Menu
06.07.2014| Лилиана| 2 комментариев

Георг Веерт. Избранные произведения (комплект из 2 книг) Георг Веерт

У нас вы можете скачать книгу Георг Веерт. Избранные произведения (комплект из 2 книг) Георг Веерт в fb2, txt, PDF, EPUB, doc, rtf, jar, djvu, lrf!

Что ж, оставаясь самим собой, больше, чем кто-нибудь другой из его литературного поколения, он похож сегодня на русского классика.

В спокойном и сонном летнем Осло совершено убийство - дерзкое и вызывающее. Виновник оставил полиции не только орудие преступления, но и маленький бриллиант в форме пятиконечной звезды, спрятав его под веком покойного. Вскоре норвежскую столицу потрясает череда загадочных событий, мистически связанных с цифрой пять: Каждый пятый день полиция находит новую жертву таинственного преступника, которому всякий раз удается ускользнуть незамеченным.

Aвторская серия остросюжетных детективов о приключениях инспектора Харри Холе: Продолжение самого масштабного и амбициозного проекта десятилетия от Бориса Акунина! История Отечества в фактах и человеческих судьбах! Суммарный тираж изданных за четыре года книг проекта - более 1 экземпляров! Тома серии богаты иллюстрациями: Велик ли был Петр Великий? Есть лишь четыре крупных исторических деятеля, отношение к которым окрашено сильными эмоциями: Тридцатилетие, в течение которого царь Петр Алексеевич проводил свои преобразования, повлияло на ход всей мировой истории.

Обстоятельства его личной жизни, умственное устройство, пристрастия и фобии стали частью национальной матрицы и сегодня воспринимаются миром как нечто исконно российское.

И если русская литература "вышла из гоголевской шинели", то Российское государство до сих пор донашивает петровские ботфорты. Эта книга про то, как русские учились не следовать за историей, а творить ее, как что-то у них получилось, а что-то нет.

Речь идет о чрезвычайно нахальной затее, потому что у нас в стране есть только один пример беллетриста, написавшего историю Отечества, - Карамзин. Пока только ему удалось заинтересовать историей обыкновенных людей".

Борис Акунин Об авторе: Борис Акунин настоящее имя Григорий Шалвович Чхартишвили - русский писатель, ученый-японист, литературовед, переводчик, общественный деятель. Также публиковался под литературными псевдонимами Анна Борисова и Анатолий Брусникин. Борис Акунин является автором нескольких десятков романов, повестей, литературных статей и переводов японской, американской и английской литературы. Художественные произведения Акунина переведены, как утверждает сам писатель, более чем на ть языков мира.

По версии российского издания журнала Forbes Акунин, заключивший контракты с крупнейшими издательствами Европы и США, входит в десятку российских деятелей культуры, получивших признание за рубежом.

Согласно докладу Роспечати "Книжный рынок России" за год, его книги входят в десятку самых издаваемых. Первый том "История Российского Государства. От истоков до монгольского нашествия" вышел в ноябре года. Вторая историческая книга серии появилась через год. Исторические тома проекта "История Российского Государства" выходят каждый год, поздней осенью, став таким образом определенной традицией.

Между Азией и Европой" был издан в декабре года. Четвертый - "Семнадцатый век" в году, и вот пятый - "Царь Петр Алексеевич" - появится на прилавках книжных магазинов страны в конце ноября Главная цель проекта, которую преследует автор, - сделать пересказ истории объективным и свободным от какой-либо идеологической системы при сохранении достоверности фактов.

Москва, год, издательство "Художественная литература". В сборник вошли избранные стихотворения Георга Веерта перевод М. Светлова и роман "Жизнь и подвиги знаменитого рыцаря Шнапханского" перевод А.

Роман является самой яркой, беспощадной и законченной сатирой на прусского юнкера, которая вообще была создана немецкой революционной литературой года. Переплет, титул и заставки художника Г. Обо всём этом и не только в книге Георг Веерт. Избранные произведения Георг Веерт. Предложений от участников по этой книге пока нет. Хотите обменяться, взять почитать или подарить? Время от времени я прочитываю какой-нибудь детектив российских женщин-писательниц. После перестройки масса девушек устремилась замуж за рубеж.

Он часто пользовался гейневской формой, но лишь для того, чтобы наполнить ее совершенно оригинальным, самостоятельным содержанием. При этом он отличался от большинства поэтов тем, что к стихотворениям, однажды им написанным, становился совершенно равнодушным. Послав копию своих стихов Марксу или мне, он о них забывал, и зачастую его трудно было заставить где-нибудь напечатать их.

Здесь мне угрожает блестящее существование, и это меня пугает. Всякий другой ухватился бы за это обеими руками. Но я слишком стар, чтобы стать филистером, к тому же ведь по ту сторону океана лежит далекий Запад…. За последнее время я писал всякую всячину, но ничего не закончил, потому что не вижу никакого смысла, никакой цели в сочинительстве.

Если ты пишешь что-то по вопросам политической экономии, то это осмысленно и разумно. Мы не скомпрометировали себя. И в этом главное! Со времен Фридриха Великого никто не обращался с немецким народом так en canaille [без всякого стеснения.

Но и этого нет! Ничего, кроме дождя, длинных носов и копченого мяса. В чем Веерт был мастер, в чем он превосходил Гейне потому что был здоровее и искреннее и в немецкой литературе был превзойден только одним Гёте, это в выражении естественной, здоровой чувственности и плотской страсти.

Но я не собираюсь этого делать. Не могу, однако, не заметить, что и для немецких социалистов должен когда-нибудь наступить момент, когда они открыто отбросят этот последний немецкий филистерский предрассудок, ложную мещанскую стыдливость, которая, впрочем, служит лишь прикрытием для тайного сквернословия. Когда, например, читаешь стихи Фрейлиграта, то действительно можно подумать, что у людей совсем нет половых органов.

Однако никто так не любил послушать втихомолку пикантный анекдот, как именно этот ультрацеломудренный в поэзии Фрейлиграт. Песня для мужа Наша деревенская ругательница Глаха, отчаянная и мощная баба, попалась мне с пустыми вёдрами навстречу, когда мне очень нужна была удача, иначе хоть в петлю. Я и бухнул какую-то язвительность насчёт бабы, пустых вёдер и чёрта. Ох, что тут было!