Menu
02.07.2014| sunzocam| 5 комментариев

Воспитание по-новому. Все, о чем ребенок хочет спросить... (комплект из 2 книг) Маруся Светлова, Мал

У нас вы можете скачать книгу Воспитание по-новому. Все, о чем ребенок хочет спросить... (комплект из 2 книг) Маруся Светлова, Мал в fb2, txt, PDF, EPUB, doc, rtf, jar, djvu, lrf!

Встречающиеся истории, аргументы и факты достаточно убедительны, а рассуждения вынуждают задуматься и увлекают. Обращает на себя внимание то, насколько текст легко рифмуется с современностью и не имеет оттенков прошлого или будущего, ведь он актуален во все времена. Динамика событий разворачивается постепенно, как и действия персонажей события соединены временной и причинной связями. Интригует именно та нить сюжета, которую хочется распутать и именно она в конце становится действительностью с неожиданным поворотом событий.

По мере приближения к апофеозу невольно замирает дух и в последствии чувствуется желание к последующему многократному чтению. Все образы и элементы столь филигранно вписаны в сюжет, что до последней страницы "видишь" происходящее своими глазами.

Пожалуйста, разрешите JavaScript чтобы отправить эту форму. Читать онлайн Моя оценка: Маруся Светлова Воспитание по-новому Глава 1. Что мне с ним делать? Вечный вопрос Шесть лет назад моя дочь ждала рождения своего первого ребенка, моего внука.

Добавить отзыв о книге "Воспитание по-новому" Отменить ответ Имя Отзыв. На теле девочки 37 ножевых ранений. Тем более что у офицера было как раз 37! Основная версия, которая была озвучена в первых сюжетах по ТВ: Сказали, что это банальное разбойное нападение. Верх легкомыслия, тем более что подполковник прекрасно знал о нехорошей репутации Ростовской области: Версия о том, что убийцы могли быть из Кущевки, позже озвучивалась тоже, но не нашла своего подтверждения.

Чудаков якобы был застрелен грабителями наповал первой же пулей. Исколотый труп маленькой Вероники находился на заднем сиденье. То есть убийцы должны были залезть на тела мертвых родителей и уже через них добивать дочь. Но крови в машине обнаружили не так уж и много. Хотя официальные эксперты уверяли, что трупы не перемещались, а также что убийство произошло именно в это время и в этом месте.

Гладкоствол не оставляет следов, поэтому доказать, какое конкретно оружие использовалось, было невозможно. Алексей Серенко, охранник местного рынка, был одним из первых, кто добровольно принес свое оружие. Его и обвинили во всем. Он отсидел два года. Так и не дав признательных показаний. Безутешные родственники Серенко пробились на самый верх. За Алексея вступились общественные и политические деятели. В сентябре года Генеральная прокуратура отказалась утверждать обвинительное заключение.

Алексей вышел на свободу в связи с истечением предельно допустимых сроков его содержания под стражей. Государство принесло свои извинения. Валентина Чудакова, мать убитых, в отчаянии попросила помочь представлять ее интересы адвоката бывшего подозреваемого Светлану Манукян, лучше нее материалами дела не владел никто.

Но очень скоро защитнику пришлось выйти из процесса. По слухам, у нее начались серьезные неприятности. Валентина Чудакова осталась одна. Я встречаю ее на перроне Ярославского вокзала. До начала рассмотрения жалобы в Верховном суде еще три часа, но Валентина Алексеевна Чудакова боится опоздать. И еще боится, что за ней до сих пор следят. Валентина Алексеевна протягивает мне поручение за год, где оперативникам приказано отслеживать маршруты ее передвижения из Ростова в Нижний Новгород и в Москву.

Это произошло тогда, когда она тщетно прорывалась на прием к Бастрыкину. А вот мать убитого подполковника Чудакова не подпустили. Сквозь черные очки на ее лице не видно, плачет она или нет. От большого горя не плачут. Плачу я, записывая ее монолог. Валентина Алексеевна выплескивает наружу то, что скопилось там внутри за эти девять лет. Мы за телами поехали, а их уже запаяли: Я кулаком по столу: А в гробах — носы переломанные, выбитые скулы, зубы, выколотые глаза А самое главное — у Димы запястья в гробу спеленаты, чтобы никто следы от наручников не увидел, и руки у всех по швам, а не на груди.

Я дотронуться хочу, а мне не дают, шпыняют…. Медицина прижизненные побои и повреждения не описала. Выстрелы в голову, и все. Владимир Щербаков из й ростовской лаборатории, где трупы в чеченскую войну опознавали бывший главный судмедэксперт Минобороны.

Но тот документ на суде присяжным не дали выслушать… Над Ириной насилие сотворили, сперма найдена, а экспертизу проводить не стали, дескать, это мужа.

Да они женаты были 12 лет, или бы до дома не дотерпели, в дороге-то, с двумя детьми? В бумагах указано, что я со всем согласна, — а я в каком состоянии-то была? Я бы себе смертный приговор подписать могла. Ирина и Дмитрий Чудаковы умерли в один день. Их дети Вероника и Саша тоже.

Я самому первому следователю, который дело вел, говорю: А он посмотрел на меня и спокойно так сказал: Я домой с кладбища только ночевать приходила. К тому времени Серенко уже сидел. Но я думала, простой сторож, как же он с моим Димой-то справился? Один… Сын же спецназовец, он опасность спиной чувствовал. Он девять раз из Чечни возвращался, и никто из его отряда даже ранен не был. Я ему всегда говорила: Он той осенью хотел увольняться со службы.

Потому что невозможно стало. У него планы были совсем другие. Путевка как снег на голову свалилась… И через неделю его уже выдернули на работу, был звонок сослуживца, мол, начальство требует. Не сам он сорвался ехать домой, дочка. Но убивали-то, дочка, в другом месте. Свидетели на трассе слышали всего четыре выстрела, а где же остальные сделаны были, если их более восьми?

Убили как минимум на день раньше. Дима ведь меня предупредил, что приедут они седьмого июля ночью. Я и суп сварила седьмого. Ждала их с одиннадцати часов вечера. Значит, выезжать они должны были шестого июля — так где они были все это время с шестого по восьмое? Я думала сперва, может, Цапки их все-таки погубили? Тем более что у них действительно стычка по дороге в санаторий произошла.

Как мне один человек потом поведал, тот конфликт был не случайный, только Цапки с Димой не справились, его перепоручили другой банде. И знаешь, я уверена, что Дима знал, что его заказали. Он последнее время сам не свой ходил. А убили, я думаю, за рапорт, который он написал после Ростова, где что-то нарыл в командировке. Детишек растерзали зверски, чтобы больше страху нагнать. Он же ведь не один в Ростов ездил — чтобы сослуживцы знали, что щадить их никто не станет.

В м, что ли, году мне в ящик подкинули флешку. Человека, который был в другой милицейской банде в Белой Калитве.

Он дает признательные показания, как убивали Чудаковых. И после этого меня вообще за человека перестали считать. Раньше хотя бы делали вид, что сочувствуют материнскому горю. А тут на прениях удалили из зала.

Я и в Генеральную ездила, и в Следственный, и в Госдуму, и к бандитским авторитетам — за эти-то девять лет. Мне один человек сказал так: Время, мол, еще не пришло. Значит, он при власти пока, кто питается кровяными деньгами детей моих невинно убиенных.

Вам сын перешел дорогу — вы с ним по-мужски и разбирайтесь. Вы что над внуками моими сотворили? Детей-то ТАК за что? Недавно снится мне Вероничка, ей ведь уже двадцать было бы: Поворачивается, а у нее вместо ран только точечки на спинке. Голосовала той ночью на дороге, а Дима-то у меня жалостливый, он и остановился. А как сунулась дело читать Хуже, чем с Серенко. Если честно, то мне Инесску жалко. Мужа почти что на глазах убили. Тут любой грех возьмешь.

Ну, наверное, могли ей наобещать — ты все на себя бери, потом мы тебя и старшую дочку вытащим. Уж больно раскованно она себя ведет. И с ней так вежливо, не то что со мной, матерью погибшего русского воина. Случаются женщины, которые сводят с ума целый свет. Вот она — выпускница мелиоративного института, с вытравленными по моде белыми волосами, под руку с азербайджанцем Арзу, законным мужем.

Кукла Барби — прозвали ее в ту пору. Арзу расстреляют в феврале го. Преступников так и не найдут. Хотя чего тут искать. Тот был обычным сторожем. А вот соперников на благосклонность жены у него в деревне, вероятно, хватало, что стоило проверить алиби каждого?

Но их не было. В сентябре года Инесса призналась, что сама заказала своего мужа. А реализовал все именно Роман Подкопаев. Она захотела — он убил. Это было их первое совместное убийство. Вот только все сроки давности прошли.

Вскоре у молодых родилась общая дочка Настя. С родителями Романа не общались. У Инессы ведь сначала с его отцом отношения были, показала она на суде. И с Ромой со школьной скамьи. Говорит, что не знает, почему вдруг яркая, опытная женщина ответила взаимностью ничего из себя не представляющему мальчику.

Да, в школе Роман подавал большие надежды. Он был единственным парнем в классе. Симпатичный паренек в окружении стаи ровесниц. Тот снимок, что прошел потом в СМИ, — неприятный мужчина средних лет с оплывшим лицом. Мог ли он быть жестоким убийцей, державшим в страхе еще и родную семью? Признаваясь в бесконечных преступлениях, Инесса подчеркивает, что лишь помогала мужу советами, но лидером банды не была. Словно сценарий голливудского фильма, в котором две несчастные красавицы, мать Инна и дочь Вика, вынуждены выполнять приказы маньяка.

Он держал их страхом. Мог ли в реальности быть таким маньяком юноша, выбравший женщину много старше себя, никак не похожую на забитую клушу. Столько лет каждый день она размышляет, когда же ее сын, ее мальчик, успел превратиться в то чудовище, о котором рассказывала на суде сноха.

Роман бросил мед — супруга не хотела, чтобы он работал в больнице, где много молоденьких медсестер. В честь нее он назвал свою дочь. У сестры полная чаша, сад, ирисы, которые она сажала по весне и которые все цветут эти прошедшие пять лет, что Настя находится за решеткой. Как сын живет, я почти и не знала, но счастлив он явно не был. В тот страшный июль го, когда произошло убийство Чудаковых, Роман с Инессой тоже гостевали у Насти.

Только что родился маленький Глеб. Все время торчали на виду. Я знаю, потому что помогала с малышом, — утверждает Подкопаева. Она не любила Инессу. Но сколько свекровей терпеть не могут своих невесток, а невестки не переваривают свекровей. Она готова была дать показания в пользу невиновности Инессы, но та ее об этом не просила. В прессе появились сведения, что Галина Анатольевна не осознает, что делает, повредившись рассудком. Наверное, было что-то еще, что позволило перерасти этой любительской сельской драме в настоящую трагедию, что свело горькую жизнь Ирины и Романа, их перекати-поле быт, ругань с родными, поездки к удачливой сестре и ее мужу в Аксай — и резонансные нераскрытые убийства в Ростовской области — в одну пульсирующую кровавую рану.

То, чего мы не знаем. Кто-то сказал, чтобы сын не ехал в Аксай, что там планируется провокация. Она уверена, что убийство ее сына не было случайным, что его подставили.

Родители осужденных Насти и Сергея Синельник верят, что их скоро освободят. Кривые зигзаги молний над станицей Аксайской, полыхает далеко. Но напрасно ждать, что гроза пройдет стороной. От беды не застрахован никто. Они собираются в Москву — в Верховный суд, после чего обвинительный приговор по делу Синельников вступит в законную силу.

Или, они все еще надеются, дело отправят на новое расследование. Девятилетний Глеб тревожно сопит в своей комнате. Когда я только прилетела, он посмотрел на меня с надеждой, но не спросил — помогу ли я вернуть его маму.

Вдруг я не та, за кого себя выдаю? Они все тут этого опасаются. Последние пять лет ежедневно снова и снова перебирая обстоятельства каждого убийства Сын Насти Глеб заканчивает второй класс, хотя должен уже третий. Но пропустил один год, мечтал, что мама должна проводить его в первый раз в школу.